Книга Астафьев Виктор - Тают снега. Эта книга из раздела Драма

отянул: 
- Да-а, не близко, - и засобирался. - Ну я пошел. 
- Спасибо вам. 
- За что спасибо-то? Устроитесь, к нам заходите, рады будем. 
Миша ушел. Бухгалтер курил "Ракету", и дым слоился по комнате, временами вовсе 
скрывая его седую голову с массивным лбом. 
В помещении было застойно, душно. В одном конце комнаты, где виднелась дверь с 
надписью "Председатель", молодая красивая женщина, похожая на разбитную цыганку,

читала "Пионерскую правду" и исподтишка разглядывала Тасю. Здесь же стояли еще
два 
стола, но за ними никто не сидел. В углу шкаф, и на нем, подпирая потолок,
лежали 
толстые затрепанные книги. На их корешках выведено: "Тысяча девятьсот..." Среди 
комнаты в деревянном ящике с песком лежала безногая буржуйка, вокруг которой
валялся 
слой разнообразнейших окурков. От трубы, выведенной в окно, тянулась паутина, 
цепляясь тончайшими нитями за пухлые книги. 
Единственным предметом, на котором задерживался и отдыхал глаз Таси, был горшок
с 
геранью. Из-за того, что ее не 5b4 поливали и совали в горшок много окурков,
герань 
захирела, но все еще цвела из последних сил каким-то неестественно ярким цветом,

похожим на истлевающий уголь. По давно не мытым стеклам ползали мухи и 
опрокидывались па подоконник кверху лапами. Одна из них набралась сил и полетела
по 
комнате, бестолково кружась. Она скоро угодила в паутину. Из-за шкафа проворно
выполз 
паук. Он сцапал муху и исчез с ней в пыльных дебрях толстых книг. 
Долго сидеть так было невмоготу, и Тася робко заговорила, не обращаясь ни к
кому, в 
надежде, что кто-нибудь да ответит: 
- Трудитесь, значит, итоги подводите? 
Бухгалтер, не отрывая глаз от бумаг, почесал линейкой выразительный кадык и
вздохнул: 
- Тут неизвестно, кто кого подводит: мы итоги или они нас. - Он записывал
какую-то 
цифру в журнал с рябыми корочками, затянулся последний раз от тощей папироски, 
натренированным жестом швырнул ее к печке и глянул на Тасю из-под лохматых
бровей 
маленькими, очень проницательными