" видели лишь те люди, кому сообщили - это новая таможня, это удобный проход в
другие миры.
И я стоял буквально в двух шагах от таможни Василисы, не обращая на нее никакого
внимания!
Двухэтажный кирпичный домик вклинился между зданиями побольше и повыше, будто
распихивая их, пробивая себе выход к улице. К тому дому, что явно находился под
покровительством Василисы и был снабжен заборчиками и флюгером, двухэтажный
домишко почти притулился, их разделяла узкая, не протиснешься, замусоренная
щель.
Со стороны двора в таможенном здании не было ни дверей, ни окон. Росло несколько
деревьев - старых, скрюченных, землю устилали перегнившие листья и сломанные
ветки. Можно было четко отметить границу, вдоль которой ходили люди,
непроизвольно сторонясь странного домика: в земле были протоптаны самые
натуральные ложбины!
Со стороны улочки я обнаружил одно окно на втором этаже: темное, будто
занавешенное изнутри. И дверь - в которую с огромным удовольствием постучал.
Тишина.
- Эй, сосед! - вспоминая свой первый визит, крикнул я. Что я там кричал? Принял
здание за мельницу, спрашивал насчет муки? Не будем повторяться... - Эй! Без
ковша пришел!
Через некоторое время послышались шаги - твердые, уверенные. Я ухмыльнулся,
представив себе Василису - крепкую, мускулистую, в кожаном фартуке на голое
тело...
Да, с этим надо что-то делать. К примеру - пить бром.
- Кого это черт носит... - раздался знакомый приглушенный голос. - Будь я
неладна, не может же это...
Дверь распахнулась, и я увидел Василису.
В розовом халатике с кружевами и оборочками. В пушистых тапках в виде белых
щенят с глазками-пуговицами.
- Кирилл, - упирая руки в бока, сказала Василиса. - Твою мать... ты?
- Он самый, - не понимая причин столь шумной реакции, ответил я. Постарался
отвести глаза и не слишком уж пялиться на Василису.
Получалось с трудом - ее было много.
- Не стой столбом... - Одним движением Василиса втянула меня в дом. Высунулась,
бдительно осмотрелась. Захлопнула дверь.
Даже до жирафа рано и |
